Последний экспортный линкор

[fonzeppelin]

В 1941 году — в самый разгар Второй Мировой Войны — правительство нейтральной Аргентины утвердило очередной закон о финансировании военно-морского строительства. Будучи самой богатой и промышленно развитой страной континента, Аргентина могла позволить себе тратить на флот значительно большие средства, чем ее соседи. Последовательная серия военно-морских программ 1930-ых вывела ARA (Armada de la República Argentina) на первое место среди южноамериканских флотов, значительно опередив основных соперников — Бразилию и Чили.

На 1941 год, в составе ARA числились два линкора-дредноута, два современных «средних» крейсера (теоретически тяжелых, но со 190-мм артиллерией), один современный легкий/учебный крейсер, двенадцать эсминцев и три подводные лодки.  Эту впечатляющую армаду подкрепляли два старых броненосных крейсера и четыре устаревших эсминца. Основной потенциальный противник — Бразилия — мог «похвастаться» только двумя старыми дредноутами, двумя безнадежно устаревшими крейсерами-скаутами, семью старыми эсминцами и четырьмя субмаринами. Другой потенциальный противник — Чили — мог выставить лишь один модернизированный супердредноут, древний бронепалубный крейсер еще XIX столетия, восемь эсминцев и девять субмарин. Количественное и качественное превосходство ARA выглядело несомненным.

И все же и в этой бочке военно-морского меда не обошлось без своей ложки дегтя. Если крейсерские и миноносные силы ARA находились в полном соответствии с требованиями времени, то о линейных этого сказать было невозможно. Два старых дредноута типа «Ривадавиа», построенных еще в 1910-ых, хотя и прошли некоторую модернизацию, все же имели очень и очень относительное боевое значение. Они, пожалуй, были несколько сильнее двух еще более дряхлых бразильских дредноутов типа «Минас Жерайс» — но прошедший капитальную модернизацию чилийский супердредноут «Альмиранте Латторе» разделался бы с обеими аргентинцами вместе взятыми.

Поэтому программа военно-морских вооружений на 1941-ый год предполагала заказ нового, быстроходного линейного корабля, спроектированного с учетом всех достижений тактики и технологии. Разумеется, такой корабль не мог быть построен в Аргентине, не имевшей почти никакого опыта военного кораблестроения. Предполагалось заказать новый линкор за рубежом — сразу, как позволит геополитическая обстановка.

В 1943 году, командор ARA Освальдо Дж. Гонзалес представил по запросу вышестоящих чинов набор требований к характеристикам и конструкции нового линкора. Для этого он проанализировал доступную информацию о современных иностранных линкорах — в первую очередь, британских, американских, французских и итальянских — и оценил различные варианты компоновки. Следует отметить, что сведения командора Гонзалеса по ряду аспектов были... устаревшими, и не соответствовали даже общеизвестной информации: по-видимому, работу над документом он начал еще в 1939-1940 году.

Интересно отметить, что автор ошибочно считал будто британские линкоры типа "King George V" несут 152-мм универсальные орудия, а американские типа "Вашингтон" имеют трехорудийные башни универсального калибра.

РАЗМЕРЫ И ВОДОИЗМЕЩЕНИЕ:

Исходя из размеров доступных доков, длина линкора определялась в 228 метров (225 по ватерлинии), ширина в 31 метр. Соотношение длины к ширине было 7.3 к 1. 

Водоизмещение определялось в 37.000 тонн, с возможностью уложиться в 35.000 тонн путем некоторого уменьшения толщины бронирования.

ОСНОВНОЕ ВООРУЖЕНИЕ:

На основное вооружение линкора было отведено 12% водоизмещения — то есть 4.200 тонн. 

В качестве орудий главного калибра, командор Гонзалес рассматривал 356-мм (14 дюймов), 381-мм (15 дюймов) и 406-мм (16 дюймов) орудия, в следующих вариантах размещения:

356-мм башни: четыре двухорудийные (4.000 тонн), пять двухорудийных (5.000 тонн), три трехорудийные (4.050 тонн), две четырехорудийные (3.520 тонн), две четырехорудийные и одна двухорудийная (4.520 тонн)

381-мм башни: две трехорудийные и одна двухорудийная (4.350 тонн), три трехорудийные (4.500 тонн), две четырехорудийные (3.840 тонн)

406-мм башни: три двухорудийные (4.260 тонн), две четырехорудийные (4.180 тонн).

Альтернативные варианты размещения орудий главного калибра.

Расположение башен: оптимальным было признано линейно-возвышенное расположение. Варианты с эшелонированным, либо линейно-распределенным расположением были отвергнуты, как имеющие фундаментальные недостатки с точки зрения броневой и противоторпедной защиты.

Количество орудий в башне: по совокупности достоинств и недостатков, оптимальными были признаны двухорудийные башни, ввиду быстрой перезарядки и наименьших потерь огневой мощи в случае выхода башни из строя. Главным недостатком трехорудийных башен была сложность перезаряжания центрального орудия.

Поражающий эффект: вкратце сводился к «чем больше орудие — тем лучше», по совокупности бронепробиваемости и количества взрывчатки в снаряде.

Огневая производительность: наивысшая у 356-мм орудий, наименьшая у 406-мм орудий.

Вероятность попадания за единицу времени: наивысшая у 356-мм орудий.

Вес на орудие: примерно равен у 356-мм и 381-мм орудий; значимо больше у 406-мм.

Совокупная огневая мощь (сочетание веса снаряда, скорострельности, вероятности попадания): выше всего у 381-мм орудий.

Износ ствола: при равной начальной скорости снаряда, наименьший износ был бы у 356-мм орудий. Однако, при некотором снижении начальной скорости у более тяжелых пушек, разница в ресурсе стволов практически исчезала.

В целом, окончательный вывод был сделан в пользу девяти 381-мм орудий в трех трехорудийных башнях. Такая компоновка обеспечивала оптимальный баланс между поражающим эффектом снарядов и огневой производительностью, хотя и не была оптимальна по весу.

ВСПОМОГАТЕЛЬНОЕ ВООРУЖЕНИЕ:

 Двенадцать 152-мм противоминных орудий, в шести двухорудийных башнях побортно. Рассматривалось использование казематов — но было отвергнуто по причине невозможности обеспечить казематированным орудиям большие углы возвышения. 

Интересно, что автор рассмотрел и возможное использование универсальной орудия — отметив, что универсальная батарея имеет существенные преимущества по весу и дальности действия над отдельно противоминными и отдельно зенитными орудиями — но признал ее... неэффективной. 

Главным его (весьма своеобразным) аргументом было то, что на линкорах с универсальными орудиями (в которые автор записал «Нельсон» и «Дюнкерк») таковые занимают всю кормовую оконечность, что непрактично с точки зрения расположения орудий главного калибра. Занятно, что командор Гонзалес, по всей видимости, считал иное расположение универсальных орудий невозможным...

ЗЕНИТНОЕ ВООРУЖЕНИЕ:

Разделялось на три «фазы действия»: дальнюю (более 2.000 метров), среднюю (2.000-500 метров) и ближнюю (менее 500 метров). В дальней фазе, огонь вели только крупнокалиберные зенитки. В средней фазе, стреляли и зенитки и автоматические пушки. В ближней фазе, огонь вели только автоматические орудия.

Зенитные орудия калибром 120-мм и более были признаны нежелательными ввиду медленного темпа стрельбы. 100-миллиметровые зенитки признавались оптимальными с точки зрения боевых качеств, но не могли эффективно наводиться вручную (то есть были более чувствительны к поломкам и боевым повреждениям). Зенитные орудия калибром 70-мм и менее были отвергнуты из-за малой досягаемости по высоте и слабого поражающего действия снаряда.

В итоге, зенитную артиллерию было решено свести к двенадцати орудиям калибром 80-90 миллиметров. Такие пушки, с точки зрения капитана Гонзалеса, обеспечивали высокую скорострельность, досягаемость по высоте и приемлемый вес снаряда — и в то же время, могли при необходимости наводиться вручную. На корабле предполагалось установить шесть спаренных установок по бокам надстройки.

Автоматическая артиллерия рассматривалась в контексте тяжелых автопушек (30-40 мм), легких автопушек (20-25 мм) и тяжелых пулеметов (13-15 мм). Легкие автопушки были в итоге отвергнуты на том основании, что их небольшой радиус действия не позволял поразить атакующий самолет до того, как тот сбросит боевую нагрузку. Тяжелые пулеметы были еще менее эффективны, но в то же время были достаточно легкими и дешевыми, чтобы держать их как «оружие дострела» против выходящего из атаки неприятеля (а также для обороны мостиков и приборов управления огнем от пушечно-пулеметного огня неприятельских самолетов).

Оптимальными в итоге были признаны тяжелые автопушки, стреляющие осколочно-фугасными снарядами с высокочувствительными взрывателями мгновенного действия. Финальное предложение сводилось к установке на корабль шестнадцати 37-мм автопушек либо в четырех счетверенных установках, либо в двух восьмиствольных (за образец явно брался британский Octuple «pom-pom»). Автопушки предполагалось разместить на крыше надстройки и авиационного ангара. Это вооружение дополнялось шестнадцатью 13-мм пулеметами в четырех счетверенных (альтернатива — двух восьмиствольных) установках на крыльях мостика.

ТОРПЕДНОЕ ВООРУЖЕНИЕ:

Было признано для линкора бесполезным, ввиду малой дальности действия торпед по сравнению с главными и даже вспомогательными орудиями, а также ввиду необходимости ослаблять противоторпедную защиту корабля, чтобы установить трубы торпедных аппаратов.

БРОНИРОВАНИЕ:

На бронирование отводилось 40% водоизмещения в 35.000-тонном проекте, и 41,8% водоизмещения при увеличении до 37.000 тонн. При этом капитан Гонзалес выводил интересную зависимость: чем тяжелее вооружение линкора, тем меньше ему нужна защита, поскольку более сильное вооружение позволит наносить удары с большей дистанции, на которой вероятность пробития брони меньше.

Пояc: 356 мм наружный вертикальный пояс (по образцу британских «King George V»). Судя по всему, командор Гонзалес отвергал внутренний наклонный броневой пояс по тем же причинам, что и британцы: хотя такой пояс и давал лучшую защиту, но любое (даже не пробившее броню) попадание приводило к неминуемым повреждениям тонкой наружной обшивки корабля.

Палуба: 200 мм толщиной. Рассчитывалась из необходимости обеспечить защиту как от 330-мм, 543-кг снарядов (орудия «Дюнкерка») падающих со скоростью 545 м/с на дистанции в 28.000 метров, так и от 406-мм, 1112-кг снарядов (орудия «Норт Каролины»), падающих со скоростью 500 метров в секунду на дистанции в 35.300 метров. Также должна была выдерживать 800-кг бронебойную авиабомбу, сброшенную с высоты 6800 метров, и 2000-кг бронебойную авиабомбу, сброшенную с высоты до 4000 метров.

Башни ГК: 381 мм лоб.

Вспомогательные и зенитные орудия: 50-60 мм бронирование.

Автоматические орудия и пулеметы: только противоосколочные щиты.

Также предполагалось иметь противоосколочное бронирование на мостике и приборах управления огнем.

АВИАЦИОННОЕ ОСНАЩЕНИЕ:

Три гидросамолета в ангаре, две катапульты и краны для подъема с воды. Расположение катапульт — вероятно, по бортам в центре корпуса. 

ХОДОВЫЕ КАЧЕСТВА:

Скорость не менее 30 узлов, идеально 35 узлов. Интересно отметить, что командор Гонзалес ставил желаемую скорость линкора в зависимость от... калибра орудий. Его логика была следующей: чем больше калибр орудий, тем с большей дистанции линкор сможет поразить неприятеля, и следовательно, тем меньшее значение имеет его тактическая скорость. 

В итоге, капитан рекомендовал ограничить максимальную скорость 30 узлами, поскольку 35-узловой ход потребовал бы почти вдвое более мощной силовой установки. Экономичный ход определялся в 12 узлов.

СИЛОВАЯ УСТАНОВКА:

На силовую установку отводилось от 10 до 12% водоизмещения. Она должна была состоять из котлов с трубками малого диаметра (давление пара 16-35 кг/см2, температура до 385 градусов Цельсия) и высокоскоростных турбин с понижающими редукторами. Полная мощность силовой установки определялась в 150.000 л.с. для 30-узлового линкора и 250.000 л.с. для 35-узлового.

В качестве альтернативы рассматривалась дизельная и турбоэлектрическая силовая установка. Дизели были отвергнуты ввиду относительного несовершенства в сравнении с турбинами (в пример ставилась низкая скорость «Дойчландов»). Турбоэлектрическая установка была отвергнута из-за высокой стоимости и сложности в обслуживании.

ОЦЕНКА ПРОЕКТА:

В целом, исследование командора Освальдо Гонзалеса представляло весьма занимательную попытку сформулировать требования к «экспортному линкору» для страны «третьего мира» начала 40-ых. И надо отметить, достаточно удачную попытку. Получившийся в итоге проект был весьма интересной комбинацией итальянских («Витторио Венетто») и британских («Кинг Георг V») решений. По всей видимости, это было связано с тем, что ARA была лучше всего знакома именно с итальянской и британской школами военного кораблестроения — Италия и Британия были основными поставщиками боевых кораблей для Аргентины.

В целом, линкор командора Гонзалеса выглядел интересным проектом. При относительно умеренном водоизмещении, он сочетал значительную огневую мощь с хорошей защищенностью и высокой скоростью хода. Горизонтальное же бронирование существенно превосходило бы многие аналоги: похвастаться сплошной 200 мм броневой палубой мог только вдвое больший гигант «Ямато!» 

Безусловно, не все решения командора Гонзалеса можно отнести к удачным. Так, например, его представление об универсальной артиллерии было по меньшей мере... странным. Он был убежден (ошибочно), что универсальным орудиям придется отдать всю кормовую оконечность — совершенно явно, что его познания о вопросе пребывали на уровне 1930-ых, причем неполных. Однако, его тезисы о зависимости потребности в скорости и защищенности от огневой мощи представляются по крайней мере... интересными. Весьма редко когда можно ожидать нестандартной самостоятельной аналитики от офицера страны, толком не имевшей даже собственного кораблестроения.

Будучи построенным, 37.000-тонный линкор был бы качественным скачком для аргентинского флота — в буквальном смысле превосходя линейные силы всех остальных стран Южной Америки вместе взятые. Но, как и следовало ожидать, предложение командора Гонзалеса так и осталось на бумаге. Причина была элементарна: Вторая Мировая Война. К моменту представления проекта, все страны, способные построить линейный корабль для Аргентины, были уже вовлечены в мировой конфликт и по горло завалены собственными проблемами. Построить ;t такой корабль самостоятельно, Аргентина не могла. 

После войны, ситуация для Аргентины изменилась — и существенно! — к худшему. Занимавшая довольно-таки про-германскую позицию, Аргентина, мягко говоря, не пользовалась симпатиями сильных мира сего. Лондон, Вашингтон и Москва смотрели на Аргентину с большим недоверием, и не спешили продавать ей даже куда более простые системы вооружений. Германия и Япония лежали в руинах, Франция и Италия были слишком истощены войной, чтобы браться за масштабные экспортные проекты.

Кроме того, значительно возросла угроза со стороны Бразилии. Бразилия, единственная из южноамериканских держав, принимала активное участие во Второй Мировой, и даже послала экспедиционный корпус сражаться в Европе. От одной мысли о война с Бразилией, аргентинцев пробирал озноб: опытная, обстрелянная в европейских боях бразильская армия, руководимая прекрасно обученными современной войне офицерами, без особых усилий стерла бы аргентинских парадных вояк в порошок. И хотя бразильский флот был все еще слабее аргентинского, США собирались это поправить: в 1945 году вполне серьезно обсуждалась передача Бразилии двадцати одного эсминца, четырех крейсеров, двух легких авианосцев, и даже двух «стандартных» линкоров (судя по всему, речь шла о «Неваде» и «Пенсильвании»).

В такой обстановке, Буэнос Айресу явно было не до военно-морского строительства. Амбиции ARA пришлось временно ограничить двумя легкими крейсерами и несколькими эсминцами, полученными в рамках «программы помощи» от США в 1951 году. В 1969 году аргентинцам все же удалось обзавестись новым кораблем «основного класса» — но теперь уже легким авианосцем «Вентисинко ди Майо». По иронии, средства на него удалось получить, продав на металлолом старые дредноуты «Морено» и «Ривадавия»...

Comments

[Арлина Кинсель (from livejournal.com)]

"Лайоны" проектировались договорными, на них по-прежнему экономили на здоровье. На "Вэнгарде" же от "всё или ничего" не осталось примерно ничего, при том, что нового опыта больших линейных боёв или широкомасштабных испытаний к весне 41го у британцев явно не появилось. Отсюда могу сделать вывод, что это именно то, что хотелось англичанам по опыту ПМВ и экспериментов Интербеллума.
И, это, Италия существенно беднее. Полагаю, у макаронников не вышло прокатать приличную броню толще 11" и пришлось извращаться на ровном месте.

[fonzeppelin.livejournal.com]

Нет. Итальянцы именно что уделили огромное внимание моделированию попаданий, и пришли к выводу, что комбинация наружного и внутреннего пояса — оптимальна. Наружный пояс сдирал бронебойный колпачок снаряда, и отклонял его вниз, тем самым увеличивая угол встречи с главным внутренним поясом. Итальянцы вообще интересовались механикой бронепробития еще с XIX века. В этом вопросе они были экспертами.

[kostyuhin.livejournal.com]

Да в общем-то уже на "Кинг Джорджах V" от "все или ничего" оставалось мало — в рамках существующих ограничений. Все последующие проекты эту тенденцию расширяли и углубляли, не внося революционных изменений, по сути только постепенно расширяя противоосколочную защиту в разных местах.

Что же касается итальянцев — может и не могли. А может и могли. В любом случае их решение выглядело в достаточной мере теоретически обоснованно и лежало в русле распространенной тенденции. Причем результат получился не хуже, а в чем-то и получше чем у американцев с французами — которые прокатывать плиты толще 12" заведомо могли.

[Арлина Кинсель (from livejournal.com)]

А мы не знаем, лучше или хуже он получился, ни боёв с участием итальянских кораблей, ни контрольных послевоенных отстрелов не было :)
Зато факт: на тот же вес можно было поставить 14", а то и 15" монолита, которые на ТВД простреливать некому.

[fonzeppelin.livejournal.com]

Ну, учитывая что итальянский композит, судя по современным моделям, не пробила бы и 460-мм пушка "Ямато" на нормальных дистанциях...)))

[Арлина Кинсель (from livejournal.com)]

"Современные модели" вынужденно основываются на настрелах полувековой давности и мутной экстраполяции настрелов ПТО. И являются любительскими, поскольку линкоров больше никто не строит. То есть ничего нового они содержать не могут.
Можно считать показательным тот факт, что советские послевоенные проекты линкоров имеют поясную броню традиционной конструкции.

[fonzeppelin.livejournal.com]

Фактом чего? СССР едва ли имел хорошее представление о конструкции "Литторио". Итальянские инженеры, осматривавшие корпус "Советской Украины" в Николаеве в 1942, были весьма критически настроены: по их мнению, ПТЗ Пулезье была сделана совершенно неправильно. По-видимому, советская разведка сумела добыть только принципиальную архитектуру системы Пулезье, но не математическую модель, на которой та основывалась.

[kostyuhin.livejournal.com]

Тем не менее, советская версия системы "Пульезе" прошла достаточно успешные натурные испытания, а ключевые принципиальные недостатки были общими для обеих версий, отчего и отдали предпочтение "американской" схеме.

Вот с бронированием корпуса вопрос интереснее. Здесь есть ощущение, что сработала определенная национальная традиция — поскольку после войны мы имели достаточно подробную информацию о бронировании линейных кораблей большинства стран (за исключением, разве что, японских), включая системы с внутренним расположением бронепояса. Более того, у нас была разработана своя оригинальная концепция "экранированного" корабля, развивающая эти идеи. Но победил, опять же, достаточно консервативный вариант — хотя и находящийся вполне на уровне лучших линкоров 40-х гг.

[fonzeppelin.livejournal.com]

Я правильно помню, что главными проблемами Пулезье были А — необходимость очень тщательной сборки, и Б — крайняя головоломность в ремонте?

[kostyuhin.livejournal.com]

Главными ее достоинствами был малый вес собственной конструкции, чуть меньший занимаемый объем... и оригинальность инженерного решения. И, пожалуй, все.

А недостатки делились на несколько категорий:

1.Конструктивные.

Главной проблемой ПТЗ системы "Пульезе" считалась возможность "огибания" ударной волной в жидкости главной цилиндрической переборки до начала ее деформации при достаточно мощном взрыве. Фактически единственной преградой на ее пути в этом случае остается только полусферическая концевая переборка, не считая фильтрационной, что явно недостаточно и грозит ее гарантированным разрушением. Однако на практике это проверить не удалось.

Более очевидным недостатком являлась ярко выраженная зависимость сопротивления ПТЗ "Пульезе" от глубины подрыва заряда. Оно было максимальным при взрыве посередине ПТЗ и значительно уменьшалось к верхней и нижней границе — в отличие от "американской" схемы, которая была примерно равнопрочной и равноэффективной на всем своем углублении.

Ну и еще одним недостатком системы "Пульезе" являлось отсутствие возможности усиления ее подводной конструктивной защиты для противодействия снарядам, "поднырнувшим" под главный пояс — в то время как "американская" схема давала различные варианты решения этой проблемы (см. ПТЗ "Саут Дакоты"/"Айовы", "Монтаны" и "Сталинграда")

2.Технологические. Основную часть Вы уже описали, к ним стоит еще добавить необходимость обеспечения равнопрочности заклепочных (или сварных, но они тогда не рассматривались) соединений с материалом полусферической переборки, что представляло весьма непростую задачу.

4.Эксплуатационные. Для поддержания необходимого уровня защиты ПТЗ системы "Пульезе" требовалось ее перманентное заполнение жидкостью вокруг центрального цилиндра. Обычно это был запас топлива, но по мере израсходования требовалось немедленное замещение его водой, для чего вводилась специальная балластно-заместительная система, близкая к таковым на подлодках. Этот "мертвый груз" в итоге "съедал" все весовое преимущество такой ПТЗ. В отличие от нее, ПТЗ "американского" типа допускала большое количество комбинаций с заполнением и осушением отсеков между переборками для необходимого усиления конструктивной защиты или, напротив, облегчения корабля.

[fonzeppelin.livejournal.com]

Спасибо за ликбез!

[Арлина Кинсель (from livejournal.com)]

Фактом того, что когда проектированием защиты линкора последний раз занимались профессионалы, уж какие были, например, с защитой советских танков всё обстояло довольно сносно, они выбрали определённую схему.
Ну а Пульезе... КПЗ итальянских кораблей это такой же позор, как их главное вооружение. При взрыве в носовой части итальянские линкоры обычно тонули... "Витторио Венето" на час лишился хода после попадания единственной авиационной торпеды. И т.п., ещё крейсера были, их тоже как-то проектировали:)

[kostyuhin.livejournal.com]

"Простреливать некому" — это если не учитывать 15" англичан, французов и 16" присоединившихся позже американцев? :)

[Арлина Кинсель (from livejournal.com)]

Нет, это если учитывать то, что реально было у англичан и французов. Первые на средних дистанциях ~12", вторые (исключительно "Ришельё") побольше, но 14" дюймовая броня тем не менее вполне смотрится.

[kostyuhin.livejournal.com]

Извините, но 12" английские 15" не брали только в первые годы WWI, уже к ее концу у них с бронепробиваемостью было все в порядке. Ко Второй Мировой на 15000 ярдов они брали 13,9 дюйма, а на 10000 — 16,5 дюйма пояса.

Ну и если Вам почему-то не нравятся 16" американцев (которых из истории не выкинешь — они таки воевали против итальянцев на Средиземке, и отсутствие боев между итальянскими и американскими линкорами исключительно на совести и безынициативности итальянцев), то на том же Средиземном море имелись еще и 16" "Нельсона" с "Роднеем". Каковые как раз были оптимизированы под "малые и средние дистанции" :)