fonzeppelin | Хроника куелечения

Этим летом морская свинка Шуся обзавелась деталью, непредусмотренной паспортной комплектацией.

Под кожей брюшка, возле правого соска, прощупывался маленький плотный шарик. Куевина на его прощупывание никак не реагировала, и он ей не мешал, но я все-таки обеспокоился, и в конце июля понес Шуську к ветеринару на обследование.

В клинике «Био-Вет» ветеринар подтвердила, что это, к сожалению, опухоль молочной железы (у свинок явление не так чтобы редкое). И лучше ее удалить, пока маленькая.

К сожалению, обстоятельства — приближавшаяся уборочная кампания с режимом работы 12/7 — не позволили мне организовать куелечение немедленно. Сваливать послеоперационный уход на пожилых родственников мне очень не хотелось. Поэтому, обсудив вопрос с ветеринаром, и выяснив, что он не срочный, я запланировал операцию на сентябрь, приурочив к ней мой двухнедельный отпуск.

Двадцать четвертого сентября, собравшись с духом и с куем в переноске, я и Шуська отправились на такси через пол-Москвы в клинику «Био-Вет» на Каховской (единственную, где был необходимый аппарат газового наркоза). Дождь шел весь день, так что переноску со свинкой пришлось укрыть полиэтиленом. Добравшись до клиники, и сдав Шуську на руки хирургу — перед этим ее подвергли крайне унизительной для достоинства куевины процедуре осмотра, заключавшейся в переворачивании кверху брюшком, и еще более возмутительному измерению температуры, посредством тыканья термометром в пушистую жопку — я отправился в близлежащий KFC обедать и заедать беспокойство.

Примерно через час мне позвонили, и сказали, что все прошло успешно, и проснувшуюся куевину можно забирать ~~пока она всю клинику не перекусала, вкусняшек домогаясь.~~

Вернувшись, я с великой радостью получил на руки куевину, слегка осоловелую от наркоза, но бодрую и прожорливую. Что меня несказанно обрадовало — я опасался, что придется кормить куевину критическим питанием из шприца, но Шуська презрительно отмела все опасения, немедленно потребовав проростков овса. Получив инструкции от врача, и оплатив операцию (капитализация куя, исходно стоившего 2000 р, увеличилась семикратно), я отправился домой.

Всю последующую неделю Шуся вела себя идеально. Бодро бегала по клетке, лопала за троих, усердно закакивала одеяльце (которое приходилось менять и стирать по пять раз на дню), и без особого энтузиазма, но терпеливо ездила на инъекции антибиотика в ближайшую ветклинику. Вскоре курс уколов завершился, и я уже думал, что скоро пора снимать швы...

Шуся, как оказалось, думала так же.

Вечером 2 октября, примерно в полдесятого, я подошел к клетке, собираясь сменить одеяльце — и чуть не грохнулся на месте. На одеяльце были большие красные пятна крови.

Проведенное по горячим следам околопаническое расследование выявило, что бестолковая куевина решила проявить инициативу, и скусила швы самостоятельно. При этом умудрилась выкусить кусок своей пушистой шкурки. Так что все планы на спокойный осенний вечер полетели в тартарары, и вместо этого свелись к «нестись по вечерней Москве на такси в ветклинику», с куем в переноске. И под проливным дождем, разумеется.

В ветклинике куевину осмотрели, сделали вывод, что она дурочка, но разрез заживает хорошо. Остатки швов сняли, пузико обработали серебрянкой, и вернули куевину мне ~~на вразумление~~.

Следующие три дня я нервно следил за каждым движением куя, который, излучая невинность и безмятежность, спокойно хрумкал морковкой. Не считая окриков «куда под хвост полезла?!» и подозрительных взглядов на клетку каждый раз, когда оттуда раздавались какие-то сомнительные звуки, впрочем, куелечение продолжалось нормально... до среды. Когда на одеяльце опять появились пятна крови.

В этот раз кровь сочилась из дырочек от шва. Похватав куя и посадив его в переноску, я помчался в ближайшую ветклинику. Ветеринар куевину осмотрела, сказала, что кровотечение небольшое и подкожное, и вколола ей в ляжку кровеостанавливающий препарат. После чего я помчался в другую клинику, где был дежурный ратолог (специалист по грызунам). Там куевину еще раз осмотрели, сделали вывод, что это проявились остатки воскресной «активности» — глупая зверюшка видимо, задела какой-то сосудик, когда выдергивала швы — обработали еще раз серебрянкой и прописали еще пять дней уколов антибиотика.

Мордочка Шуси, в тот момент уже сидевшей у меня на руках, буквально вытянулась. Она-то думала, что с уколами — когда сажают на холодный стол, оттягивают холку и больно втыкают острый шприц — уже закончено. Хозяин (я) мрачно посоветовал ей не возникать, а то он купит перуанскую кулинарную книгу, и будет с выражением зачитывать свинке рецепты из куя.

Все последние пять дней, в результате, я каждое утро ехал с Шусей на уколы в клинику. Куевина, видимо, понимала, что сама виновата, поэтому даже особо уже не отбивалась и почти не пищала. Но, видимо в отместку — сломала три шприца, согнувшихся при попытках проколоть ее прочную шкурку.

В общем, эпопея по куелечению тянулась две недели, попила немало крови (в основном моей), попортила немало нервов (как выше), и увеличила капитализацию куевины примерно в пятнадцать раз (надо посчитать точно). Но... с гордостью заявляю, что сегодня утром куевина посетила ветеринарную клинику и была изгнана домой с диагнозом «здорова, симулянтка!»