fonzeppelin

Тематика польского флота межвоенного периода часто воспринимается... не особенно серьезно. Для страны с протяженностью береговой линии менее сотни километров и единственным портом на ней даже эсминцы кажутся слишком крупными единицами — что уж говорить о крейсерах или, тем более, линкорах?

Однако при этом упускается важная деталь: значимость этого побережья для межвоенной Польши была почти критической. Узкая полоска Данцигского коридора была для поляков единственным каналом связи с союзниками (в первую очередь, Францией), не находящимся под контролем третьих держав. Военное и экономическое значение польского побережья было намного выше, чем можно предполагать из его скромных размеров. И поэтому польские военно-морские приготовления — хотя и порой излишне амбициозные — нельзя не признать достаточно обоснованными и неплохо спланированными.

В данной статье я хотел собрать информацию о планах, попытках и надеждах польского флота обзавестись вершиной военно-морской технологии того времени — линейными кораблями. История этих усилий протянулась с 1919 по 1951 (!) год, и надо отметить, что несколько раз Республика Польша была буквально в шаге от «вступления в высшую лигу».

НАЧАЛО: НАСЛЕДНИКИ ТРЕХ ИМПЕРИЙ

Свой самый первый (и самый исторически вероятный) шанс обзавестись линкором поляки в общем-то проворонили. А ведь он был близок даже чисто географически – в вольном городе Данциге. У достроечной стенки Данцигской верфи “Шихау” стоял “Граф Шпее”, 35.000-тонный линейный крейсер типа “Макензен”. Представитель предпоследнего поколения линейных крейсеров кайзеровского флота, он был еще не достроен – работы на нем остановили из-за нехватки рабочей силы еще в 1918 году – но пребывал в относительно высокой степени готовности. По оценкам инженеров верфи, “Граф Шпее” мог быть закончен примерно за год.

Последние линейные крейсера кайзеровского флота у достроечной стенки.

Учитывая царивший в 1919-1920-ом геополитический бардак и достаточно невразумительный статус Данцига, для поляков не составило бы особого труда заявить права на корабль. Хватило бы и небольшой группы добровольцев на буксире. Однако разгоревшаяся советско-польская война отвлекла все внимание Польши, а к ее завершению верфь “Шихау” успела разобрать “Граф Шпее” на металлолом.

АИ-анализ: хотя поляки и не располагали ресурсами, чтобы достроить “Граф Шпее”, они вполне могли воспользоваться иностранными верфями – например, французскими – чтобы установить на линейный крейсер башни и артиллерию. Французы располагали запасом 340-мм/45 орудий Modele 1912 (заказанных для недостроенных супердредноутов) и французские башни приблизительно соответствовали по размерам немецким барбетам.

Поляков это в общем-то не так чтобы разочаровало, поскольку они уже строили грандиозные планы по обзаведению линкорами “от родителей”. Будучи воссозданной из частей, прежде разделенных между Российской, Германской и Австро-Венгерской империями, Польша воспринимала себя как в некотором роде “частичного наследника” всех трех. И польские моряки делали из этого логичный (хоть и небесспорный) вывод, что Польша должна получить и некоторую долю военно-морских сил распавшихся империй.

Планы по “справедливому разделу” немецкого, русского и австрийского флотов можно было охарактеризовать как “оптимальный” (то, что польские моряки больше всего хотели бы получить), “максимальный” (то, что считали возможным получить при идеальном раскладе) и “минимальный” (то, чего считали необходимым добиваться). Выглядели они следующим образом:

От Германии поляки хотели боевых кораблей общим тоннажем в 75.650 тонн:

* Оптимальный план – линейный крейсер “Мольтке” (тип “Мольтке”), легкие крейсера “Пиллау” (тип “Пиллау”), “Гроденц” и “Регенсбург” (тип “Гроденц”), легкий крейсер “Кенигсберг” (тип “Кенигсберг”), девять эсминцев в 1500 тонн, двенадцать миноносцев в 600 тонн и одно вспомогательное судно.

* Максимальный план – линкор типа “Кайзер”, линейный крейсер “Мольтке” (тип “Мольтке”), легкие крейсера “Пиллау” (тип “Пиллау”), “Гроденц” и “Регенсбург” (тип “Гроденц”), легкие крейсера “Кенигсберг”, “Эмден” и “Нюрнберг” (тип “Кенигсберг”), шесть эсминцев в 1500 тонн, семь миноносцев в 600 тонн.

* Минимальный план – легкие крейсера “Пиллау” (тип “Пиллау”), “Гроденц” и “Регенсбург” (тип “Гроденц”), легкие крейсера “Кенигсберг”, “Эмден” и “Нюрнберг” (тип “Кенигсберг”), крейсера-минзаги “Бруммер” и “Бремзе” (тип “Бруммер”) двенадцать эсминцев в 1500 тонн, двадцать миноносцев в 600 тонн, шесть минных тральщиков.

От России – неважно, советской или белой – поляки желали получить:

* Оптимальный план – броненосный крейсер “Баян”, бронепалубный крейсер “Богатырь”, эсминцы “Новик”, “Капитан Белли”, “Лейтенант Ильин”, недостроенные эсминцы “Премислав”, “Федор Стратислав”, “Брячислав”, “Сокол”, подводные лодки “Тигр” и “Пантера”, и два вспомогательных судна.

* Максимальный план – два линкора типа “Севастополь”, два легких крейсера типа “Светлана” (недостроенные) десять эсминцев типа “Новик” (включая недостроенные), пять подводных лодок, десять минных тральщиков. Также в список входили четыре береговые башни с 305-мм и 254-мм орудиями, шестнадцать 100-мм орудий береговой обороны и 2000 морских мин.

* Минимальный план – крейсер “Светлана” (недостроенный), пять эсминцев типа “Новик” (включая недостроенные), пять подводных лодок, вспомогательное судно “Ока”, нефтеналивной танкер. Также семь башенных установок береговой обороны, шестнадцать 100-мм орудий береговой обороны и 1000 морских мин.

От Австро-Венгрии поляки весьма умеренно хотели броненосный крейсер - “Кайзер Карл VI” или же “Санкт-Георг” – и в общем-то больше ничего.

Всем этим планам реализоваться, понятное дело, было не суждено. Затопление немецкого флота в Скапа-Флоу 21 июня 1919 года неожиданно превратило все оставшиеся на плаву немецкие единицы в ценные трофеи, которых не хватало и основным победителям. О том, чтобы раздавать их Польше, и речи не шло – тем более, что внешняя политика польского правительства очень быстро настроила против него Великобританию. Все, что досталось полякам из кайзеровского наследия, это шесть маленьких береговых миноносцев.

Польские (бывшие немецкие) миноносцы в море, начало 1920-ых.

Надежды удовлетворить морские амбиции за счет русского флота также не привели ни к чему. Хотя поляки и пытались добиться раздела Балтийского флота в ходе обсуждения Рижского договора (1921), но советские дипломаты успешно отбили эти нерациональные требования. Поляки, впрочем, не слишком и настаивали; разрешение территориальных и экономических вопросов их волновало куда больше. Ничего не вышло и из попыток Варшавы заполучить корабли Черноморского Флота, уведенные белогвардейцами в Бизерту.

АИ-анализ: если предположить, что немецкий флот не был затоплен в Скапа-Флоу, а разделен между победителями, то поляки вполне могли бы получить легкие крейсера и эсминцы из его состава. Возможность передачи Польше трофейного легкого крейсера “Кенигсберг” обсуждалась в РИ. Дредноуты и линейные крейсера, полякам почти наверняка не достались бы, но передача Польше нескольких немецких броненосцев выглядела возможной.

Но ставить точку в ранней истории попыток польского флота обзавестись линкорами было еще рано.

5 июля 1922 года, сенатор-республиканец Джон Ирвинг Фрэнс, представлявший штат Мэриленд, внес в сенат билль, предлагавший передать Польше часть списываемых кораблей американского флота. Только что подписанный Вашингтонский морской договор требовал от Америки списать и отправить на слом полтора десятка линейных кораблей – в основном эскадренных броненосцев до-дредноутного типа. Сенатор Фрэнс в своем билле предлагал “наделить Президента полномочиями, если он сочтет это соответствующим благу народа и международным соглашениям Соединенных Штатов, передать Польше шесть кораблей из числа тех, которые по условиям соглашения с Британией, Францией и Японией более не будут нужны американскому флоту и назначены на списание”.

Сенатор Фрэнс был весьма колоритной фигурой. Он был первым американским политиком, посетившим советскую Россию в 1921 году, встречался с Лениным и убеждал его, что после свержения монархий, Германия и Россия являются естественными союзниками Америки против британского и японского империализма.

Какие именно корабли имелись в виду, сенатор Фрэнс не уточнял, но речь явно шла о линкорах – именно их американский флот должен был сократить по Вашингтонскому Соглашению. Большинство историков считают, что речь шла либо о шести преддредноутах типа “Коннектикут”, либо о более старых кораблях типа “Вирджиния” (пять единиц) и “Мэн” (две единицы), в той или иной конфигурации. Однако я считаю должным заметить, что потенциально под определения сенатора Фрэнса также подпадали и списываемые по условиям Вашингтонского Соглашения дредноуты – “Мичиган” и “Саут Кэролайн”.

Сами поляки в силу каких-то причин – возможно, просто руководствуясь логикой, что относительно современные дредноуты и преддредноуты им вряд ли отдадут – считали, что речь идет о пяти кораблях типа “Вирджиния” и одном более старом корабле типа “Мэн”. Флот далеко не “первой свежести”, конечно… но вполне сопоставимый с тем, что Версальский Договор оставил Германии.

Американские пре-дредноуты в резерве на военно-морской верфи в Филадельфии, 1919 год.

13 июля 1922 года польский военно-морской атташе в Вашингтоне телеграммой уведомил Варшаву об инициативе сенатора Фрэнса. Польское правительство было изрядно шокировано такой инициативой, но командование флота, видя свой шанс, радостно за нее ухватилось. На следующий же день, на имя военного министра Польши поступило письмо за авторством начальника штаба флота, Чеслава Кароля Петеленца, в котором тот приводил следующие аргументы в пользу принятия “американского подарка”:

* Польша нуждается в защите своего побережья от атаки с моря, что рано или поздно потребует возведения целой системы береговых крепостей – дорогих и сковывающих значительные материальные и человеческие ресурсы на выполнении одной-единственной задачи. Эскадра линейных кораблей (пусть даже и устаревших) будет в этом плане гораздо более эффективным вложением, так как помимо обороны побережья сможет решать и другие задачи;

* Вашингтонский договор предусматривает для всех участников временный запрет на строительство новых линейных кораблей, ограничивая разрешенный “новострой” водоизмещением в 10.000 тонн и орудиями в 203 миллиметра. Эти ограничения, по всей видимости, будут действовать и для экспортных заказов. А это значит, что Польша минимум до 1930-ых не сможет купить тяжелые боевые корабли, даже если будет располагать необходимыми средствами;

* Так как шесть линкоров будут для польского военного бюджета очевидно слишком обременительны (приложенные к письму расчеты, показывали, что только лишь минимальное комплектование и загрузка топливом для перехода двух линкоров типа “Вирджиния” в Польшу потребует 11% всего годового бюджета флота) то автор предлагал оставить себе только два корабля, а остальные передать Югославии и Румынии в обмен на политические уступки. Немаловажным пунктом было то, что каждый броненосец потребовал бы для комплектования 40 офицеров и почти 800 младших чинов, в то время как весь персонал польского флота в 1921 году насчитывал только 175 офицеров и 2508 младших чинов;

USS "Род Айленд", тип "Вирджиния".

Польское правительство идеей заинтересовалось, и кабинет министров (несмотря на яростное сопротивление министра финансов, протестовавшего против увеличения военных расходов) одобрил инициативу. 15 июля 1922 года, польское правительство уведомила военного атташе в Америке, что оно всецело одобряет инициативу сенатора Фрэнса и готово немедленно приступить к разрешению практических вопросов, связанных с приобретением и транспортировкой линкоров.

Надежды польских адмиралов рухнули 18 июля 1922 года, когда в Варшаву пришел секретный доклад от Михаила Квапишевского, советника при посольстве в Вашингтоне. В своем докладе Квапишевский пояснял, что передача Польше списанных кораблей из состава американского флота прямо противоречит 18-ой статье Вашингтонского Соглашения -

Каждая из договаривающихся сторон обязуется не избавляться посредством дарения, продажи или иным путем от боевого корабля таким образом, что он может стать боевым кораблём во флотах любых иностранных государств.

- и, стало быть, заведомо нереалистична. Причем сенатор Франс, по мнению Квапишевского, это прекрасно понимал, так как его билль содержал оговорку “…если он сочтет это соответствующим международным соглашениям”. Билль сенатора Фрэнса являлся, таким образом, не более чем внутриполитической игрой – попыткой заручиться голосами многочисленной русской и польской диаспоры штата Мэриленд для собственного переизбрания. Впрочем, Фрэнсу это не помогло, и вскоре он проиграл выборы кандидату-демократу.

АИ-анализ: в чистой теории американцы могли подарить полякам старые броненосцы типа “Иллинойс”. Эти корабли постройки еще 1890-ых были выведены из состава флота до подписания Вашингтонского Договора, и не подпадали под его условия. Другое дело, что толку от них было уже очень мало…

Броненосец типа "Иллинойс". То, что американцы могли отдать полякам... только полякам он едва ли требовался.

На этом ранние планы обзаведения линкорами для польского флота завершились. Амбиций адмиралы Польской Республики, разумеется, не утратили, но временно поставили их на паузу, переключившись на более рациональные задачи и идеи.

Продолжение по ссылке.