fonzeppelin

Этот альтернативно-исторический (АИ) материал сочинился по мотивам обсуждения на форуме Secret Projects. Обсуждали тему развития австралийских вооруженных сил в случае, если режим Сукарно не будет свергнут в Индонезии, и страна останется про-социалистической (и постоянной головной болью для Австралии). Идея создать противокорабельную ракету на основе противолодочной ракето-торпеды «Икара» принадлежала мне; и она мне настолько понравилась, что я решил ее развить.

В конце 1960-ых Королевский Флот Австралии (англ. Royal Australian Navy, RAN) был чрезвычайно обеспокоен быстрым развитием военно-морских сил про-советской Индонезии. Аграрные реформы середины десятилетия и подписание торговых соглашений с Францией и Италией в достаточной степени стабилизировали экономическое положение режима президента Сукарно — и позволили продолжить наращивание боевой мощи индонезийского флота.

Согласно отчетам австралийской разведки, два индонезийских эсминца — «Darmuda» (бывший советский «Безжалостный») и «Siliwangi» (бывший «Волевой») были в 1967 году поставлены на капитальный ремонт и перевооружение в Джакарте. При содействии советских специалистов, их торпедные аппараты были демонтированы, и на их место установлены спаренные пусковые установки противокорабельных ракет П-15 «Термит». Еще два эсминца должны были пройти аналогичную модернизацию в 1968 году.

Из Европы также поступали тревожные слухи. По данным британской разведки, советский флот готовился передать Индонезии к 1970 году «два больших корабля с зенитным ракетным вооружением». Англичане считали, что речь идет о некой экспортной версии БПК проекта 61, но на самом деле для передачи Индонезии модернизировались два эсминца по проекту 56АЭ (с установкой ЗРК «Волна-М»). Кроме того, обсуждался вопрос об установке зенитного ракетного оружия на флагман индонезийского флота, крейсер проекта 68-бис «Ириан».

Такое развитие событий не могло не беспокоить австралийских адмиралов. Прежде индонезийцы располагали ракетным оружием только на катерах, не мореходных и не способных угрожать Австралии. Появление же у режима Сукарно «ракетизированных» эсминцев — крупных, мореходных и обладающих большой дальностью — самым критическим образом меняло баланс сил в регионе. Причем в неблагоприятную для Австралии сторону.

Австралийский флот в конце 1960-ых не располагал специализированными противокорабельными ракетами. Четыре эскадренных миноносца типа «Перт» (экспортная версия американского типа «Чарльз Ф. Адамс») были оснащены зенитным ракетным комплексом RIM-24 «Тартар» и могли использовать его зенитные ракеты против надводных целей — но только в пределах горизонта. Индонезийские П-15 «Термит» имели по крайней мере двукратное превосходство в дальности. И если раньше австралийцы могли, по крайней мере, надеяться, что палубные штурмовики с авианосца «Мельбурн» смогут нейтрализовать индонезийские ракетные единицы, то появление у Индонезии эсминцев с зенитными ракетами ставило и эту надежду под сомнение.

Решение было достаточно очевидным: австралийцам требовались свои противокорабельные ракеты, и чем быстрее, тем лучше.

В поисках подходящего оружия австралийские моряки обратили внимание на Швецию. В 1967 году делегация офицеров и техников RAN посетила базу шведского флота Карлскрона и эсминец «Лаппланд» (тип «Халланд»), оснащенный противокорабельными ракетами Robot 08. Сама ракета австралийцев особо не впечатлила; она была громоздкой, не слишком удобной в обращении, а ее радарная головка самонаведения была уязвима к радиопомехам. Однако, внимание австралийских моряков привлекло то, что ракета была разработана шведами за достаточно короткое время на основе беспилотной летающей мишени CT-20.

В области беспилотных мишеней австралийцы имели вполне солидный опыт. Еще в 1950-ых оборонным концерном «Government Aircraft Factories» (GAF) была разработана радиоуправляемая мишень «Jindivik», активно применявшаяся как в Австралии, так и в Великобритании. Для противокорабельной ракеты, «Jindivik», правда, был великоват — и поэтому GAF предложила взять за основу другой проект, совместной британо-австралийской противолодочной ракеты (доставляющей по воздуху акустическую торпеду) GAF «Ikara». Эти противолодочные ракеты уже активно применялись на австралийских эсминцах и фрегатах.

ПЕРВЫЕ ШАГИ:

Изначально, идея была весьма прямолинейна, если не сказать «импровизирована». Австралийский флот предложил просто взять противолодочную ракету «Икара», снять с нее торпеду, и подвесить взамен управляемую бомбу AGM-62 «Walleye» с оптическим фотоконтрастным самонаведением. Двусторонний радиоканал, импровизированный австралийскими электронщиками, обеспечивал передачу изображения с телекамеры бомбы на экран оператора (на борту корабля-носителя) — и обратную передачу команд оператора сервоприводам камеры бомбы.

Предполагалось, что «Икара» — отслеживаемая корабельным радаром и наводимая командами по радио — доставит «Уоллай» в район цели. Затем оператор, ориентируясь по транслируемому с камеры бомбы изображению, выберет цель, наведет на нее камеру и «захватит» ее на сопровождение фотоконтрастного контура самонаведения. После этого бомба автоматически отделится от ракеты и спикирует на цель. Все просто и изящно.

Практические испытания, проведенные весной 1969 года, впрочем, оказались не слишком-то обнадеживающими. Идея в принципе работала — но не более. Так как ракета «Икара» никогда не планировалась на роль бомбардировщика, то правильно сбросить с нее бомбу (даже самонаводящуюся) оказалось куда сложнее, чем с пилотируемого самолета. Оператор, наблюдая цель исключительно с черно-белого экрана, не мог правильно определить ни дистанцию, ни точное направление движения.

Выяснилась и другая проблема. Подвешенная под «Икарой» «Уоллай», с ее широким оперением, значимо ухудшала аэродинамику ракеты. Дальность полета «Икары» с макетом «Уоллай» на испытаниях уменьшалась до 15 километров — что было совершенно неприемлемо.

На специальном совещании «ракетного комитета» RAN в июле 1969 года были подведены следующие выводы:

* Создание противокорабельного ракетного комплекса на основе «Икара» принципиально возможно — но обойтись простой модернизацией не удастся, необходимо разработать новую ракету;

* Новая ракета должна иметь интегрированную головку самонаведения и встроенную боеголовку — просто подвесить бомбу под ракету недостаточно;

* Новая ракета должна иметь дальность не менее 25 морских миль (46 км) — чтобы служить эффективным противовесом для П-15 «Термит»

Последнее требование ясно говорило, что от твердотопливного двигателя «Bristol Aerojet Murawa» (стоявшего на «Икаре») придется отказаться. Идея установить на новую ракету жидкотопливный ракетный двигатель столкнулась с жестким сопротивлением моряков, категорически возражавшим против присутствия на боевом корабле азотной кислоты и подобных компонентов. В итоге инженеры GAF сошлись на том, что лучшим решением будет небольшой турбореактивный двигатель.

Значительно больше споров вызвала система самонаведения. Электро-оптическая контрастная головка самонаведения (вдохновленная экспериментами с «Уоллай») была «проверенным» решением, и не подверженным радиопомехам — но требовала участия человека-оператора для выбора цели, и могла работать только в дневное время. Активная радиолокационная головка самонаведения была «terra incognita», австралийцы не имели значимого опыта работы в этом направлении. Наконец, пассивная радиолокационная головка самонаведения (наводящаяся на излучение неприятельского радара) могла работать только по активно излучающим целям.

В конечном итоге, выбор был сделан в пользу электро-оптической системы наведения — после того, как инженеры фирмы «Amalgamated Wireless Australasia» (AWA) заверили флот, что представляется вполне реалистичным создать инфракрасную камеру, способную работать с приемлемой эффективностью в ночных условиях и при слабой видимости.

КОНСТРУКЦИЯ:

Изначально, новую ракету собирались назвать «Woomera» (копьеметательное приспособление австралийских аборигенов). Но в ходе разработки кто-то из инженеров GAF рассказал своим коллегам историю о «dropbear» — дословно «падающем медведе», вымышленном хищном животном, якобы неотличимом от обычной коалы — и это прозвище немедленно «приклеилось» к ракете. Австралийские адмиралы тоже оценили шутку, поскольку ракета, по их мнению, «выглядела толстенькой, смешной и безобидной как коала — но падала на цель со смертоносной силой». В итоге, в 1972 году наименование «Dropbear» было выбрано для конкретно ракеты, в то время как весь комплекс получил название «Woomera».

Новая ракета была основана на конструкции «Икары», но с рядом важных отличий. Во-первых, в движение ее приводил компактный турбореактивный двигатель — лицензионная французская модель «Microturbo Cougar 022». Смонтированный на месте прежнего ракетного двигателя, с выведенным на верх фюзеляжа воздухозаборником, он обеспечивал ракете скорость до 820 км/ч и максимальную дальность полета до 55 морских миль (101 км) — на практике, впрочем, ограниченную возможностями системы наведения.

Носовая часть ракеты была полностью переработана. Под защитным пластиковым обтекателем размещалась оптико-электронная головка самонаведения, созданная фирмой AWA. Видиконовая черно-белая камера высокого разрешения, смонтированная на карданном подвесе, отвечала за поиск и сопровождение цели. Картинка с камеры, через радиоканал AN/AAW-7 транслировалась на борт корабля-носителя, где оператор, манипулируя джойстиком, по обратному каналу наводил камеру на цель. Наведя перекрестье прицела на любое достаточно контрастное пятно на цели, оператор «захватывал» его, после чего автоматический контур удерживал камеру постоянно направленной на цель.

Наконец, вместо самонаводящейся торпеды, под корпусом «Woomera» крепилась 500-фунтовая (225 кг) осколочно-фугасная боевая часть. Инерционный взрыватель с установленной задержкой обеспечивал подрыв боевой части после заглубления в корпус корабля противника. На случай близкого промаха, имелся также резервный гидростатический взрыватель (заимствованный от глубинных бомб); он должен был подорвать боевую часть по достижении заданной глубины, в надежде поразить цель гидродинамическим ударом.

Запуск «Woomera/Dropbear» выполнялся с обычной пусковой установки комплекса «Икара». Противокорабельные ракеты хранились в одном погребе с противолодочными; нормой для австралийского флота было нести по четыре ПКР на одну установку для фрегатов (имевших по одной пусковой) и по две ПКР на одну установку для эсминцев (оснащенных двумя пусковыми).

Стартовавшая с помощью твердотопливного ускорителя, «Woomera» запускала в полете свой двигатель, набирала заданную высоту и шла к цели. Для контроля полета ракеты на маршевом участке использовалась стандартная СУО «Икара», отслеживавшая ракету по сигналу ее транспондера и передававшая автоматически курсовые команды. Единственным отличием было то, что данные о положении цели СУО получала не от гидроакустического комплекса а от РЛС управления огнем, либо же данные вносились вручную.

При выходе в расчетную точку встречи с целью, автопилот ракеты фиксировался на прямолинейном полете, и запускалась головка самонаведения. Сигнал с камеры ракеты ретранслировался на корабль-носитель; оператор, наблюдая картинку с камеры на экране и управляя камерой при помощи джойстика (по радио), отыскивал цель и фиксировал на ней контур автоматического сопровождения. После этого автопилот разблокировался, и ракета начинала получать команды от контура автоматического сопровождения — направляя свой полет так, чтобы курс ракеты был строго параллелен оптической оси сопровождающей цель камеры.

Вполне естественно, что как боевое оружие «Woomera/Dropbear» имела целый ряд ограничений. Ее высота полета была вынужденно большой — поскольку ракета должна была оставаться выше горизонта для корабля-носителя, чтобы радиоканал связи мог нормально работать. Хотя головка самонаведения ракеты не была подвержена помехам, но радиоканал мог быть по крайней мере частично нарушен. Наконец, относительно невысокая скорость делала «Woomera/Dropbear» уязвимой для зенитного огня.

МОДИФИКАЦИИ:

Woomera-A (1973) — первая и базовая модель ракеты. Оснащалась простой видиконовой черно-белой телекамерой (т.е. могла применяться только в дневное время при хорошей видимости) и 500-фунтовой (226 кг) фугасно-кумулятивной боевой частью. Дальность действия не превышала 30 морских миль (55 км); хотя запас топлива потенциально позволял ракете пролететь значительно больше, это была максимальная дистанция, на которой сигнал с телекамеры ракеты мог быть адекватно принят кораблем-носителем.

Woomera-A-A (Anti-Airfield, противоаэродромная) (1974) — эта версия ракеты была создана специально для поражения наземных целей, в первую очередь, береговых аэродромов. От базовой она отличалась только боевой частью; кластерной, оснащенной суббоеприпасами типа «Karinga». Специальный механизм, соединенный с радарным альтиметром обеспечивал сброс суббоеприпасов на заданной перед пуском высоте.

Австралийский флот эта модель особо не заинтересовала, но британский флот принял ее на вооружение. Британские модели оснащались суббоеприпасами SG-357, специально предназначенными для поражения бетонированных ВПП.

Woomera-A-N (nuclear) — предложенная GAF версия, оснащенная тактической ядерной боеголовкой, американской либо британской. Проект не был реализован.

Woomera-B (1976) — первая всепогодная модель, оснащенная термоскопической инфракрасной камерой разработки AWA. Более совершенный и помехоустойчивый радиоканал на основе американского AN/AAW-10 обеспечивал эффективную дальность применения до 35 морских миль (65 км)

Woomera-С (1978) — версия Woomera-B со складным крылом, разработанная для контейнерной пусковой установки. Предназначалась для применения с небольших кораблей и катеров (не способных нести полноценный комплекс «Икара».

Woomera-СB (Coastal Battery) (1978) — Woomera-С, адаптированный для запуска с трейлерной пусковой установки. Предназначался для береговых батарей в районе Дарвина и Тиндала.

Woomera-D (1980) — первая версия ракеты, имевшая возможность автономного самонаведения. Специально разработанный цифровой контур, встроенный в головку самонаведения, мог использовать камеру как инфракрасный сенсор для автономного поиска излучающей тепло цели без вмешательства оператора. В результате, ракета имела два режима применения:

* Стандартный — полет на большой высоте, поиск и назначение цели оператором

* Автономный — полет на малой высоте (до 15 метров), автоматический поиск цели.

* Полу-автономный — полет на малой высоте, поиск и назначение цели оператором при помощи корабельного вертолета, оснащенного подвесным блоком AN/AAW-12.

Могла применяться со всех типов пусковых установок.

Woomera-E (1984) — финальная версия ракеты. За счет использования более совершенной цифровой электроники, максимальная дальность связи с оператором увеличилась до 45 морских миль (83 км), что практически составляло максимальную дальность полета. Новая боевая часть была тандемной, и состояла из кумулятивного «ведущего» заряда и фугасного с задержкой подрыва. Оснащалась рудиментарными средствами преодоления ПВО в виде диспенсера дипольных отражателей, запускавшихся через установленные промежутки времени после захвата цели.

ИСТОРИЯ:

Ракеты «Woomera/Dropbear» развертывались на австралийских боевых кораблях начиная с 1972 года. Сами по себе ракеты могли просто размещаться в стандартных погребах, не требуя практически никакой модернизации — но система управления комплекса «Икара» должна была быть доработана для их применения. Первыми ракеты получили два достраивавшихся в 1970-1971 фрегата типа «Ривер»; HMAS «Swan» и HMAS «Torrens», на которые комплекс установили в ходе строительства. Остальные фрегаты, а также эсминцы типа «Перт» получили комплекс «Woomera/Dropbear» в ходе модернизаций.

Специально для кораблей, не оснащенных комплексом «Икара» — таких, например, как легкие эсминцы типа «Аделаида» и патрульные катера — была разработана версия «Woomera/Dropbear» со складным крылом, способная запускаться из контейнерной пусковой установки. Эти корабли оснащались упрощенной СУО, способной оперировать только ракетами «Woomera/Dropbear» и не способной взаимодействовать с оригинальной «Икара».

Ракеты этого типа также использовались Королевским Флотом Великобритании как импровизированное противокорабельное вооружение на фрегатах типа «Линдер», которые были модернизированы под комплекс «Икара». Именно британский флот в первый и последний раз использовал «Woomera/Dropbear» в боевой обстановке: во время Фолклендского Конфликта 1982 года ракеты этого типа использовались фрегатами для бомбардировки береговых позиций аргентинцев. Так как британцы использовали только ранние версии ракет (Woomera-A и Woomera-AA), то их применение ограничивалось условиями видимости. Срочно заказанная в Австралии партия ракет Woomera-B с инфракрасным наведением не успела к участию в конфликте.

В 1990 году, ракеты типа «Woomera/Dropbear» были сняты с вооружения как морально и технически устаревшие.