Атомный подводный крейсер адмирала Риковера

[fonzeppelin]

В годы Холодной Войны американский флот, в общем и целом, придерживался весьма консервативного, эволюционного подхода к развитию атомных подводных лодок. Основное внимание уделялось планомерному улучшению эксплуатационных характеристик. В отличие от советского атомного флота, американцы не были склонны к радикальным экспериментам; их субмарины развивались последовательно, используя реакторные установки и компоненты тщательно отработанных и предельно стандартизированных типов. Преимуществами такого подхода были очень высокая надежность американских субмарин, простота обслуживания и высокое качество подготовки персонала.

Но были у такого подхода и недостатки.

Большой проблемой американских подводников 60-ых было почти полное отсутствие дальнобойного вооружения. В отличие от советского подводного флота, имевшего, помимо торпед, широкий набор ракето-торпед, противолодочных ракет и противокорабельных крылатых ракет, американский флот ничем подобным похвастаться не мог. На вооружении имелась только противолодочная ракета UUM-44 SUBROC (англ. SUBmarine ROCket) – запускаемая через торпедный аппарат твердотопливная ракета, летевшая по заданной траектории и доставлявшая к цели атомную глубинную бомбу W55.

Такое оружие, конечно, было очень далеко от совершенства. Во-первых, SUBROC не имел никакого управления: ракета летела по баллистической траектории, единственным программируемым параметром была установка таймера для отсечения двигателя. Если против подводных лодок такое еще работало, то вероятность поражения быстроходного надводного корабля даже 250-килотонной боевой частью была невелика. Кроме того, SUBROC был исключительно ядерным оружием: конвенционной его версии не существовало, что накладывало сильные политические ограничения на применение.

Запуск SUBROC

В 1969 году, американский флот инициировал исследовательскую программу STAM (англ. Submarine Tactical Missile – Тактическая Ракета Подводных Лодок). Это должна была быть тактическая ракето-торпеда малой и средней дальности с конвенционной боевой частью, способная поражать как надводные корабли, так и подводные лодки.

Под проект зарезервировали обозначение UGM-89, и название “Perseus” (англ. Персей, мифический герой). По конструкции это была двухступенчатая твердотопливная ракета, несущая в качестве боевой части самонаводящуюся противолодочную торпеду. Причем в отличие от других ракето-торпед (например, RUR-5 ASROC, используемого надводными кораблями), боевая нагрузка “Персея” должна была быть не легкой авиационной, но полноценной 21-дюймовой (533 мм) торпедой, с высокой скоростью и значительной дальностью хода, а также мощной боевой частью.

Размеры и вес такой торпеды предопределили и габариты “Персея”: ракето-торпеда должна была иметь диаметр 30 дюймов (760 мм), длину 7,6 метров и вес около 2,7 тонн. Дальность действия нового оружия определялась в 56 км (30 морских миль). Скорость полета ракеты предполагалась сверхзвуковой – около 2 Маха – чтобы исключить необходимость в отдельной системе самонаведения ракеты в полете. В качестве потенциальных целей рассматривались как подводные лодки, так и надводные корабли.

Предполагалось, что “Персей” будет запускаться из вертикальных шахт (или горизонтальных аппаратов большого диаметра) по неприятельским единицам, обнаруженным акустикой носителя. В полете ракета управлялась с помощью автономной инерциальной системы наведения, двигаясь по запрограммированной траектории. Высокая скорость полета гарантировала, что цель не успеет уйти из-под атаки. Прибыв в заданную точку, ракета сбрасывала торпеду, которая приводнялась и приступала к самостоятельному акустическому поиску цели.

Новая ракета чрезвычайно понравилась адмиралу Хайману Риковеру, “отцу” американского атомного подводного флота. В разработке у него была 60.000-сильная силовая установка на новом сверхмощном реакторе (на основе D1W, разработанного для надводных кораблей). Эту установку Риковер усиленно пытался “продвинуть” флоту для нового поколения скоростных субмарин – но столкнулся с неожиданно сильным сопротивлением других высших чинов флота. Адмирал Элмо Зумвальт выступал категорически против нового класса чрезвычайно дорогих субмарин, настаивая на продолжении серийного строительства лодок типа “Sturgeon” и их улучшенной версии – “Los Angeles”.

“Персей” был для Риковера тем аргументом, с помощью которого он надеялся преодолеть сопротивление своим проектам. Новая ракета явно не могла запускаться через торпедные аппараты лодок существующих типов – для нее требовалась совершенно новая субмарина. С другой стороны, отсутствие у американских подводных лодок тактического ракетного вооружения было уже вполне очевидным недостатком. Риковер всячески подчеркивал, что программа STAM является “самым важным тактическим проектом, который флот должен реализовать”. С ее помощью, Риковер рассчитывал превратить атомную подводную диаду (торпедные субмарины-охотники и подводные ракетоносцы) в триаду (добавив к ним большие подводные крейсера с крылатыми ракетами).

Проект APHNAS (англ. Advanced Performance High-Speed Nuclear Attack Submarine – Скоростная Атомная Подводная Лодка Улучшенных Характеристик) был впечатляюще крупной лодкой полным водоизмещением более 12000 тонн. Диаметр ее корпуса составлял более 12 метров (40 футов), что определялось в первую очередь размерами силовой установки. Новый реактор мощностью в 300 мегаватт позволил бы субмарине развивать максимальную скорость более 30 узлов. Адмирал Риковер, считавший высокую скорость критически важной характеристикой для атомных субмарин, рассчитывал, что APHNAS сможет развить ход до 33-35 узлов - что сделает новую лодку малоуязвимой для старых моделей противокорабельных торпед.

Основной идеей проекта APHNAS было оперирование лодки в полностью пассивном режиме. Обнаруживать противника и вырабатывать огневое решение лодка должна была с помощью мощного буксируемого сонара, вслушиваясь в шумы и акустические сигналы. Его дополняли расположенные на бортах пластины разнесенного акустического комплекса WAA (англ. Wide Aperture Array – (акустический) Массив Широкой Апертуры), позволявшие получать точную дистанцию и азимут на цель. В носовой части, впрочем, сохранялся стандартный активный сонар BQQ-5, но предназначался он исключительно для самообороны, на случай подводной дуэли с неприятельской субмариной.

Первоначально, подводный крейсер Риковера должен был быть лишь немногим больше обычной субмарины-охотника. Основным отличием был торпедный отсек, в котором предполагалось расположить две перезаряжаемые 762-мм (30-дюймовые) вертикальные шахты для нового оружия. Ракеты должны были храниться на стеллажах вместе с торпедами и подаваться в шахты с помощью специального механизма автоматической перезарядки.

Эта идея, впрочем, довольно быстро “затонула”: даже на предварительных эскизах конструкция торпедного отсека, в котором предстояло разворачивать на 90 градусов и запихивать в шахты громоздкие ракеты, выглядела явно переусложненной. Поэтому Риковер предложил другой вариант: двадцать не-перезаряжаемых вертикальных шахт в специальном отсеке позади рубки. Длина и водоизмещение подводного крейсера существенно возрастали (до 14.000 тонн), а сам концепт теперь напоминал уменьшенную в размерах и более быстроходную версию стратегического подводного ракетоносца.

Несмотря на значительно более мощное вооружение, лодка типа APHNAS должна была нести сравнительно небольшой экипаж из 111 человек

Комбинация высокой скорости, пассивного сонара и ракето-торпед “Персей” – позволявших атаковать неприятельские корабли и субмарины из-за пределов досягаемости их активной акустики – делала субмарину типа APHNAS смертельно опасным противником. Оборотной стороной, правда, была цена: по приблизительным расчетам, головная лодка типа APHNAS стоила бы около 500-600 миллионов долларов (в ценах 1972 года), а серийная – около 300-400 миллионов долларов.

Исходные требования к программе STAM были достаточно скромными. Но по мере проектирования, флот начал выдвигать все новые и новые — по-видимому пытаясь аргументировать постройку субмарины «под оружие», что в целом противоречило всей прежней философии проектирования американских лодок. В 1971 году, фирма «Локхид Мартин» предложила разработать на основе STAM целое семейство ракет различного назначения. В него должны были входить противолодочная/противокорабельная ракета малой дальности, противокорабельная ракета средней дальности, и стратегическая крылатая ракета большой дальности, оснащенная ядерной боевой частью. Флоту эта идея пришлась по вкусу.

В результате программа “Персей” де-факто разделилась на три компоненты:

* Противокорабельная/противолодочная ракета STAM (UGM-89). Это должна была быть двухступенчатая твердотопливная сверхзвуковая ракета малой дальности/быстрой реакции, несущая в качестве боевой части 533-мм скоростную противолодочную торпеду.

* Противокорабельная ракета средней дальности STAWS (англ. Submarine Anti-ship Weapon System – Противокорабельная Система Вооружения Субмарин). Под этим названием скрывалась дозвуковая крылатая ракета дальностью действия около 300–400  морских миль (до 740 км), оснащенная полубронебойной боевой частью и системой радарного самонаведения.

* Стратегическая ракета большой дальности ACM (англ. Advanced Cruise Missile – Усовершенствованная Крылатая Ракета). Дозвуковая ракета с воздухо-дышащим двигателем на верхней ступени должна была доставлять стратегическую термоядерную боеголовку на дальность до 1800 морских миль (3300 км).

Возросшие требования, вполне естественно, привели к пересмотру габаритов нового оружия; теперь ракета “Персей” имела диаметр 86,4 см (34 дюйма) и длину 8,64 метра (28 футов). Для их размещения пришлось увеличить и диаметр пусковых шахт на планируемых лодках APHNAS, доведя его до 1 метра (40 дюймов). Что, в свою очередь, привело к очередному увеличению размеров и стоимости перспективной субмарины.

Эти три ракеты – все запускаемые из шахт субмарин APHNAS – позволили бы американским подводным лодкам не только нагнать советские по вооружению, но и опередить их. Первые лодки типа APHNAS должны были вступить в строй в 1978-1979 году, примерно на год опередив советские “Граниты” проекта 949:

Однако работы над “Персеем” не успели еще выйти из стадии эскизов, когда у нового оружия появился опасный конкурент – противокорабельная ракета “Гарпун”. Созданная изначально как авиационное вооружение, ракета была компактной и легко адаптировалась для запуска с кораблей. Представлялось вполне возможным упаковать “Гарпун” в герметичную капсулу, и выстрелить им из торпедного аппарата: поднявшись на поверхность, капсула бы раскрылась и выпустила ракету. Тем самым появлялась возможность придать подводным лодкам столь желаемую “длинную руку” простой адаптацией уже разрабатываемого оружия к существующим субмаринам.

Ставший в 1971 году начальником командования морских операций Элмо Зумвальт однозначно поддерживал работы по “Суб-Гарпуну”, так как эта ракета в значительно большей степени соответствовала его взглядам на будущее флота. Зумвальт неоднократно критиковал ставку Риковера на флот из небольшого количества дорогих высокотехнологичных единиц, указывая, что такой подход делает флот слишком малочисленным и уязвимым. Поэтому при планировании бюджета на 1973 год программе “Sub-Harpoon” выделили 16 миллионов долларов, а программе STAWS/ACM – вчетверо меньше.

В 1971 году по заказу командования морских операций было проведено сопоставление двух программ:

* Ракето-торпеда UGM-89 “Perseus” (STAM) решала задачи поражения как надводных, так и подводных целей – но была менее эффективна против надводных кораблей ввиду высокого профиля полета, и требовала пусковой установки, по крайней мере, 30 дюймов диаметром.

* Противокорабельная ракета UGM-84 “Sub-Harpoon” решала только задачи поражения надводных целей – но с большей дистанции, более надежно, могла запускаться через обычные 21-дюймовые торпедные аппараты, и в целом выглядела намного более дешевым решением.

Взвесив все и вся, командование флота в целом поддержало идею “Суб-Гарпуна”. Помимо внутриполитических (подводные крейсера Риковера с дальнобойным ракетным вооружением создавали бы конкуренцию как палубной авиации, так и надводному флоту), вмешались и чисто практические соображения: “ Sub-Harpoon” можно было бы установить на любую субмарину, “Персей” же мог применяться лишь со специализированных подводных крейсеров. Проектируемый с 1965 года “Гарпун” в 1971 уже готовился к испытаниям, в то время как “Персей” предстояло делать с нуля. Наконец, по мнению экспертов, низкий профиль полета скользящего над самой водой “Гарпуна” давал ракете существенно больше шансов на успешное преодоление ПВО, чем у планирующего с высоты “Персея”.

Финальным гвоздем в крышку гроба программы STAM стало появление торпед нового поколения Mk 48 ADCAP. Оснащенные новым монотопливным двигателем, эти торпеды имели дальность хода порядка 40-50 километров, что перекрывало нишу STAM, и достаточно высокую скорость, чтобы успешно поражать атомные субмарины нового поколения. В общем и целом, комбинация Mk 48 ADCAP и “Суб-Гарпун” выглядела гораздо более перспективно, чем STAM. Наработки по проекту STAM были использованы в проекте противолодочной ракето-торпеды нового поколения UUM-125 “Sea Lance” – впрочем, также не принятой на вооружение.

UUM-125 Sea Lance.

STAM ушел в историю, однако STAWS/ACM еще не сдавалась так просто. На ее сторону встала международная политика. Подписание договора ОСВ-I в 1972 году запрещало развертывание новых баллистических ракет подводных лодок. Но крылатые ракеты соглашением никак не оговаривались – более того, советская сторона самым решительным образом зарубила на корню все попытки включить их в рассмотрение (поскольку крылатые ракеты подводных лодок были важной составляющей советской морской обороны). Соответственно, стратегические крылатые ракеты разом стали привлекательным решением для американского флота.

Рассматривались четыре возможных решения:

* Установка крылатых ракет в шахты списываемых подводных ракетоносцев – пять субмарин типа “Джордж Вашингтон” и пять типа “Этан Аллен”, вооруженные БРПЛ “Поларис”, ввиду технических и политических ограничений не могли быть перевооружены на более новые ракеты “Посейдон”. Было предложено переоборудовать их пусковые шахты для базирования 48 крылатых ракет (по 3 в каждую). Это решение поддерживал кабинет министра обороны.

* Запуск крылатых ракет из торпедных аппаратов субмарин-охотников – успешный ход работ по “капсулизации” “Гарпуна” навел адмиралов на мысль, что дальнобойная крылатая ракета вполне может быть создана в габаритах, позволяющих запускать ее из обычных 533-мм торпедных аппаратов. Такое решение позволяло рассредоточить дополнительно стратегический арсенал (де-факто придать каждой американской субмарине стратегические возможности), и поддерживалось штабом морских операций.

* Запуск крылатых ракет из торпедных аппаратов подводных ракетоносцев – предполагалось де-факто “довооружить” подводные ракетоносцы крылатыми ракетами вместо части торпед. Это решение не нравилось решительно никому, и было почти сразу отброшено как непрактичное: оптимальные позиции для запуска крылатых и баллистических ракет сильно расходились, и нельзя было заранее решить, какой именно тип стратегического оружия потребуется запустить первым.

* Создание специализированной субмарины для запуска крылатых ракет ACM из вертикальных шахт – де-факто это решение было прямым развитием проекта APHNAS. Предполагалось создать новый класс крупных, быстроходных субмарин, вооруженных дальнобойными крылатыми ракетами для поражения как морских, так и наземных целей. Его поддерживали адмирал Риковер и моряки-подводники.

В итоге победила позиция министерства морских операций: создание крылатой ракеты “капсульного” запуска через торпедный аппарат, для оснащения субмарин-охотников (таким образом становившихся многоцелевыми субмаринами). Летом 1972 года, флот сформулировал требования к проекту крылатой ракеты подводного пуска – SLCM (англ. Submarine Launched Cruise Missile, Крылатая Ракета Подводного Пуска). В ее рамках предполагалось создать как стратегическую версию – большой дальности, с атомной боевой частью – так и тактическую противокорабельную, с конвенционной боевой частью и радарной головкой самонаведения.

Работы над “Персеем” еще продолжались, но в конце 1972 года командование флота решило, что параллельная разработка сразу двух дальнобойных крылатых ракет по меньшей мере непрактична. В ноябре 1972, программы STAWS и ACM были закрыты в пользу нового фаворита – SLCM (будущей BGM-109 “Томагавк”). Вслед за этим, в 1973 году, адмирал Элмо Зумвальт закрыл работы по проекту APHNAS в пользу продолжения заказа новых субмарин типа “Лос-Анджелес” – не столь впечатляющих, но зато массовых и достаточно дешевых. Часть наработок по программе APHNAS была использована при создании субмарин типа “Сивульф”.

Comments

[ecoross1.livejournal.com]

Преимуществами такого подхода были

41 for Freedom :)

Представлялось вполне возможным упаковать “Гарпун” в герметичную капсулу, и выстрелить им из торпедного аппарата

Антисоветчина какая-то :) Не могли отдельный тип лодок под каждую ракету сбацать?

[fonzeppelin.livejournal.com]

41 for Freedom :)

Ага)

Антисоветчина какая-то :) Не могли отдельный тип лодок под каждую ракету сбацать?

Как сказал уже после Холодной Войны один американский капитан субмарины — советскому, "у вас, русских, в проектировании и строительстве субмарин царил свободный рынок. А у нас — сталинизм Риковера".

[eugene-gu.livejournal.com]

> программа STAM
---
Для ивитоговорящего название программы читается как "просто" (simple)
Хотя уж чем чем, но простой она совершенно не была!

[abrek-spartanec.livejournal.com]

Мне в одной книжке попадался проект подводной самодвижущейся ракетной шахты,на одну ракету. Сейчас не могу найти Вам не попадался такой проект?

[ecoross1.livejournal.com]

Da :)

[fonzeppelin.livejournal.com]

Таких полно было.

[enki-clever.livejournal.com]

Торпед я всегда боялся больше чем ракет. Ракеты на большой машине возят, а торпеду — на тракторе 😆 Кругом ямы в асфальте и реально ссыкотно идти мимо такой процессии.

[jr0.livejournal.com]

Большая ПКР США не нужна, они владели морем и воздухом. Против кого ПКР?

Противолодочная борьба — другое дело, лодок у стенки в СССР много. А вдруг они все выйдут однажды для сражения с флотом какого-то из океанов? Однако дальность лодочного ПЛО не тысячи км. Было ясное будущее: повторить для лодок путь развития ASROC — от ЯБЧ к малой торпеде, что отработано еще в конце 50ых.

Лодок охотников США много, потому что это оборона, океанская противолодочная оборонительная сеть, а не средство сражения, вылазки. И, кстати, SUBROC им нужен, чтоб наказать ПЛ, которая драпает на скорости 30 узл. Торпедой такую не достать, зато слышна далеко.

То, что Sea Lance не добрался до внедрения, показывает настоящее отношение к подводному флоту СССР в США. Если надо сравнить умение вооружить лодку до предела: вот вам Ohio с 24 МБР и 4 ТА под 10 торпед, 1981. Потом они и 150 крылатых ракет несли.

[fonzeppelin.livejournal.com]

Большая ПКР США не нужна, они владели морем и воздухом. Против кого ПКР?

Как бы это начало 1970-ых. В советском флоте появились М-11 "Шторм" и АК-725, и атаковать советские корабли НУР и свободнопадающими авиабомбами стало как-то очень-очень грустно.

Было ясное будущее: повторить для лодок путь развития ASROC — от ЯБЧ к малой торпеде, что отработано еще в конце 50ых.

Как бы американцы это будущее ясным не считали. "Персей" был массивной ракетой с полноценной тяжелой торпедой в качестве БЧ. "Си Лэнс" планировалась изначально как чисто ядерная замена SUBROC для "Лос-Анджелесов" (имевших автоматизированную СУО). Еще планировали противолодочную версию "Томагавка" — с бортовыми акустическими буями для поиска цели.

То, что Sea Lance не добрался до внедрения, показывает настоящее отношение к подводному флоту СССР в США.

Алло. Программу закрыли в 1990-ом, когда Холодная Война уже закончилась и приоритеты начали смещаться.

[vashu11.livejournal.com]

Почему же только субмарин?

Танки — 3 модели ОБТ одновременно, потому что Харьков-Урал-Ленинград договориться не могли, 200 типов ЭВС в 84 — каждая конторка пыталась устроить что-нибудь несовместимое, баллистические это вообще долгая и печальная песня.

Главная мечта любого совкового начальника — создать себе свое маленькое уютное феодальное царство, огражденное технологическими препонами. Собственно таких полно в любой современной корпорации, успешность противодействия таким типам как бе не главный фактор успеха большой компании.

[jr0.livejournal.com]

1. "Появились" в Черном море? Участь этих кораблей с началом войны грустна. И скорее середина 70ых, чем начало. Известно же, что на освоения нового типа кораблей и вооружений уходят годы.

И почему бомбы, а не хотя бы Bullpup и Walleye с A-4, A-6 и F-4. Их к концу 60ых десятки тыс. и есть ядерные. Walleye II применяли с 80 км, наведение по телевизору. Уж на пару БПК на океан можно раскошелиться. Представьте, авиаподдержки в океане у БПК вообще нет, можно долго приноравливаться, чтоб попасть. Если же БПК у стенки, то ровно те же сложности, что с армейскими ЗРК и зенитками. Они есть, но разрешимы — см. боевые примеры.

А еще авиационная Standard ARM это сверхзвуковая ПКР флота США, по сути. Известно же вам, что название семейства от того, что ракета универсальная. Впрочем, еще Talos предназначен против самолетов, берега и кораблей.

2. NATO в то время угрозу воображали, мало зная наверняка. И чаще завышали ее, чем оказывались перед внезапностью. Те же огромные лодки СССР, что впечатляли на испытаниях, потом могли вовсе не появиться в океане. Исчезали без следа.

Sea Lance должны были менять и ASROC. Это ракето-торпеда для стандартных торпедных пусковых. Опыт ASROC богатый. В 1990ые стало, наконец, точно известно, что на самом деле имел ВМФ. Комсомольцы раскрыли себя миру.

[jr0.livejournal.com]

Именно свободный рынок, если не вводить жесткие правила, ведет к быстрой монополизации. Все разнообразие из-за протекционизма. А вот зарубежные образцы США брали и берут.

[jr0.livejournal.com]

Важно, что это не похоже на торжество рынка. Это торжество производителя: берите, что производим.

Справка про танки

В середине 1960ых производили Т-10М, Т-55А, Т-62А, Т-64 — четыре типа ОБТ с четырьмя наборами боеприпасов пушек (122-мм, 100-мм и два разных 115-мм).

В конце 1970ых производили Т-55А, Т-64Б, Т-72А, Т-80 — четыре типа ОБТ с тремя наборами боеприпасов для пушек (100-мм и два разных 125-мм).

Позднее, с 1987: Т-72Б, Т-80У, Т-80УД — три типа и всего два набора выстрелов. Таков путь.

[fonzeppelin.livejournal.com]

Ну, это конкретная цитата) Американские подводники вряд ли особо разбирались в советском танкостроении)

[fonzeppelin.livejournal.com]

1. Американцы как бы предпочитали начать решать проблему заранее, а не ждать, пока столкнуться с ней лоб в лоб.

2. Потому что Standoff-возможности они все равно не дают.

[jr0.livejournal.com]

1. Да, но и связывать это с угрозой прямо не стоит. Они отвечали неизвестности. Когда же известность наступала, отменяли дорогостоящие программы перевооружения, пропускали советские поколения.

2. Непонятное мне утверждение. Если не соскакивать с истории системы вооружения, то оружие США с 1940 постоянно держало качественное превосходство и достаточное для отпора во всем мире число. Израиль, скажем, показывал, как бы это было на суше, в городах, на море, в воздухе, в далекой столице врага, на враждебной границе. Есть и другие примеры.

[lx-photos.livejournal.com]

Классно, спасибо.

[outlier-v.livejournal.com]

Я особо не слежу — в честь гениального старика Риковера хоть одну ПЛАРБ назвали ? А то, что Зумволту достался страшненький эсминец в качестве мемориала — очень показательно)

[fonzeppelin.livejournal.com]

Даже две:

USS Hyman G. Rickover (SSN-709), тип "Лос-Анджелес" (списана в 2006)

USS Hyman G. Rickover (SSN-795), тип "Вирджиния" (строится)

[insert-bolster.livejournal.com]

Это в честь этого Элмо Зумвальта эсминец назвали?

Кстати, а в честь Риковера что-нибудь назвали?

[fonzeppelin.livejournal.com]

Да, в честь него. И да, в честь Риковера назвали две субмарины: один "Лос-Анджелес" (сейчас уже списанный), и строящуюся "Вирджинию".

[mfi.livejournal.com]

Две. Лос Анджелос(уже отплавала) и Вирджинию, достраивают.

[insert-bolster.livejournal.com]

Риковер, да. Лютый был дед, судя по тому, что я о нём читал, суровый.

[Андрей Маркин (from livejournal.com)]

Спасибо большое за очень интересную статью.Вообще проекты атомных ПЛ ВМС США очень слабо известны и освещенные,в отличие от пёстрого семейства АПЛ ВМФ СССР и немножечко российского.То-ли янки всё устраивало или всё до сих пор под секретом???

Ёще раз спасибо,и если можно продолжите эту очень интересную рубрику,а также можно по АПЛ Великобритании и Франции .

[andrej-kraft.livejournal.com]

>>> победила позиция министерства морских операций

<<< Абракадабра какая-то. Либо позиция министерства военного флота/министерства ВМС, либо позиция начальника/штаба морских операций